Отверженные, кого я имею ввиду, не бомжи - это почти еще дети, бывшие воспитанники детских домов города Омска. Я еще три дня назад был уверен, что их судьбой полностью занято государство и что за них нечего беспокоится. Но за последние три дня я открыл для себя еще одну социальную группу населения, от встречи и беседы с которой, даже у крепкого мужика могут навернуться слезы.

А началось все с одного из митингов проводимого в лютый мороз, темой которого была реформа ЖКХ. После митинга к активистам Сибирской конфедерации труда подошла женщина, житель одного из омских общежитий. Зовут ее Байгушкарова Аит (хотя ее все зовут просто Нина, так она и представилась). Она - одна из активисток омских общежитий, которые ведут борьбу за право приватизировать комнату, в которой уже много лет проживают. От Нины мы и узнали, что кроме обычных семей проживающих в общежитии, в нескольких комнатах у них живут бывшие воспитанники детских домов. Меня это несколько удивило, так как я слышал, что государство вроде как обязано предоставить воспитаннику детского дома отдельную комнату или квартиру. А как сказала Нина, бывшие детдомовцы живут по несколько человек в одной комнате и находятся под угрозой выселения.

"Мне сказали, уезжай в свою деревню, мы тебя выселяем из общежития", - говорит Андрей Кудрявцев. Я поинтересовался про какую деревню он говорит. "В ту деревню, где живут родители, их уже давно лишили родительских прав. Но там я никому не нужен, работы нет и вообще не хочу их видеть." Он еще чего-то хочет сказать, но неожиданно замолкает и замыкается в себе.

Я узнаю, что Андрей и еще один юноша- Рустам Маликов, вообще выселены из общежития и живут нелегально в комнатах, где обитают их друзья, такие же воспитанники детского дома. Оказывается уже в 16 лет они простились с детдомом, потом 3 года жили в общежитии при профтехучилище, но всегда поддерживали контакты с такими же как они, которые жили и учились в других профтехучилищах. Мальчишки получили профессии плотников и электриков, девчонки- штукатуров маляров, и переехали во взрослые общежития рабочих. Рустам после училища начал работать в вотчине Анатолия Чубайса "Росэнерго", но уже после 3 месяцев работы попал в список сокращаемых по штату.

Все, кроме Андрея, ничего не сказали про своих бывших родителей. Может быть они дети отказников, т.е. матерей, которые отказались от своих детей еще в роддоме. Особенно это видно по девушкам: Кате, Наташе и Надежде. Они такие маленькие и хрупкие, что их легко можно принять за 14-и летних подростков. Но между тем они все уже где-то работают. Я спрашиваю как у них дела на работе, не задерживают ли зарплату. "Я работаю у частника, он платит как хочет, иногда меньше чем положено, и еще я учусь в вечерней школе", - говорит Надежда. Она самая маленькая, единственная из всех имеет мобильный телефон,и даже, как мне показалось, немного бравирует своей самостоятельностью. "Мне надо учиться,- опять повторяет она,- но даже нет места для занятий. В нашей комнате можно только спать."

Мы сидим и беседуем с бывшими детдомовцами в общежитии на улице Шебалдина. А день назад активистка Сибирской конфедерации труда Елена Старостина вместе с Аит Байгушкаровой побывали на улице Круговой. Там также в общежитии живут бывшие детдомовцы.

Девушки работают малярами-штукатурами и одна из девушек жаловалась, что она сейчас в отпуске, но отпускные так и не получила.

На Круговой вообще ужасные условия проживания. Полы в коридорах сгнили и надо иметь осторожность, чтобы не сломать ноги. Плиты на кухне вырваны, душ работает плохо, находится в ужасающем состоянии. И за всю эту красоту Трест 1 еще смеет брать за обслуживание жилья 70 руб. с квадратного метра. Да, там должно все блестеть за такие деньги!

Со слов жителей, общежитие было передано по конкурсу в управление предприятием - Строительный Трест 1. Сейчас этот Трест 1 и командует там! Детдомовцев селят в комнату по 3-4 человека, если у девушки рождается ребенок, то несмотря на это, ее заселяют вместе в другими девушками. Когда управляющему общежитием поступают просьбы от девушек с детьми о выделении отдельной комнаты, им вообще предлагают убраться из общежития! Те, кто работает в тресте, платит 200 рублей в месяц за проживание (фактически за койку). Зарплата в строительном тресте у бывших детдомовцев выплачивается в размере от 1500 до 2500 рублей в месяц.

"Я родила ребенка и меня выгоняют из общежития!", - говорит Наташа Саватеева. "Я написала письмо губернатору Омской области Леониду Полежаеву, получила совсем пустой ответ, хотела попасть к нему и мэру города на прием, но получила отказ". Я спрашиваю, а кто отец ребенка. Оказывается ее муж такой же бывший детдомовец, как и она.

Бывшие воспитанники детских домов поддерживают между собой связь, регулярно ездят друг к другу в гости, женятся, фактически имеют свою неформальную организацию, которую, вспоминая книгу Виктора Гюго, я окрестил про себя как Союз отверженных.

"Ребята, Вы взрослые люди, надо за себя драться", - говорю я своим собеседникам. Они соглашаются. "Да, нам надо бороться и мы готовы" - слегка поправляет меня Рустам. Мы договариваемся о следующей встрече и прощаемся.

Вячеслав ДАНИЛОВ, г. ОМСК, Сибирская Конфедерация Труда

www.skt.org.ru