В Гагаринском районном суде города Москвы в декабре прошло странное судебное заседание. Председатель профсоюза локомотивных бригад (РПЛБЖ) Евгений Куликов от лица своего профсоюза пытался оспорить решение съезда Конфедерации труда России, на котором его не захотели избирать президентом организации, симпатий и голосов в его поддержку не хватило. Суд не стал даже разбираться по существу, потому что Куликов подал иск как председатель профсоюза, а устав организации наделил его правом решать только оперативные вопросы, основные правовые проблемы, в том числе и судебные, должны осуществляться от имени коллективного органа, от имени исполкома, а такого подтверждения не было.

Профсоюз машинистов оказался сейчас в правовом вакууме. На последнем съезде в сентябре прошлого года исполком в полном составе, за исключением Куликова, из-за несогласия с действиями председателя, подал в отставку. Можно было бы сразу провести перевыборы, но ведущий собрание Куликов, видимо, побоялся выявлять мнение собравшихся, так и стала знаменитая рабочая организация с тех пор подстреленной птицей, выпала из правового поля. О причинах такого развала в боевом профсоюзе стоит рассказать более подробно.

Самовыдвижение Куликова в президенты КТР было не просто карьерным порывом - выполнялся заказ на захват крупного профсоюзного объединения, по всей вероятности, просьба поступила от власти. Кремль стало беспокоить то, что начали подниматься с колен свободные профсоюзы, они создают протестную погоду, особенно сейчас, когда тяготы кризиса стараются переложить на плечи работника. В стране остановлены механизмы, которые заставляют власть и работодателей более справедливо распределять национальный доход. В развитых странах в конечной цене продукта затраты на оплату труда составляют от 40 до 70 процентов, у нас же эта стоимость не дотягивает до 20, остальные украденные проценты идут на обогащение нашей элиты. Свободные профсоюзы, которые пытаются по-настоящему защитить интересы работника, власть назвала несистемными: они не подчиняются окрикам, не ползут к сапогу хозяина, чтобы лизнуть его. На самом высоком уровне решили сделать эти организации послушными домашними животными, такие прикормленные профсоюзы в виде ФНПР у нас уже существуют, теперь стараются создать ещё один вольер для другой рабочей популяции.

Базовой организацией для такого проекта избрали «Соцпроф». Его бывший руководитель Сергей Храмов давно мечтал создать забастовочный фонд, на этом его и подловили. Ему пообещали ежемесячную финансовую помощь для региональных отделений профсоюза и несколько миллионов рублей для забастовочного фонда. Деньги предлагались с одним условием: он сам должен уйти с поста председателя. Храмов, ради благополучия своего детища, пожертвовал собой. У людей, хорошо знающих его характер, такой поступок не умещался в голове. «Соцпроф» взяли на поруки бывший капитан милиции Сергей Вострецов и работник прокуратуры в отставке, Владимир Полудняков, - настоящая опергруппа, без детектива не обойтись, и его написали.

Смена профсоюзной власти прошли под песни популярной певицы Татьяны Булановой в Питере, денег не жалели. Храмов пост торжественно сдал, бывший капитан милиции его принял. Президент Медведев поздравил профсоюзников с этим праздником.

Хотели подтянуть сюда и другие профсоюзные величины, КТР и ВКТ, кремлевский куратор Николай Сидоров поочередно проводил переговоры с их руководителями, предложил им сдать свои профсоюзы под расписку, их объединят с СОЦПРОФом, сделают весомой силой. Руководители КТР и ВКТ не согласились на такой кремлевский альянс.

Да и в «СОЦПРОФе» не все шло гладко, как только утихли песни Булановой, оказалось, что и не нужен вовсе теперь забастовочный фонд, за который боролся Храмов, руководители нового «СОЦПРОФа» решили забастовки отменить, стали много говорить об умение договариваться с работодателями и государством. Настраивали профсоюзных активистов на то, чтобы больше писать жалобных писем во все инстанции, искать там защиты. Когда профсоюзные активисты убедились, что контакта с властью не прибавилось, стали возмущаться, Вострецов посоветовал им не стесняться, больше прогибаться.

Нормальное общество разделено на работодателей, топ-менеджеров, различных приказчиков, с одной стороны, с другой, просто наемных работников, специалистов, исполнителей. Для стабильности должен существовать социальный договор между этими сторонами, справедливые правила игры. Для наемных работников таким аргументом является коллективизм, профсоюз и забастовка. Для предпринимателей, работодателя, как способ защиты - открытость, с помощью которой можно убедить оппонента в своих возможностях, может быть даже временных трудностях. Профсоюз, зная истинное положение вещей, не должен стараться разрушить предприятие, но если появляется прибыль, то требует для работников достойную долю от доходов, ведет переговоры с работодателем до последнего. Не удается найти общий язык, пускает в ход главное оружие, объявляет забастовку, никто ему в этом не может помешать. Государство, как третье лицо, не должно вмешиваться в эти семейные разборки. Свобода на забастовку, это международные нормы, Россия входит в Международную организацию труда, но эти правила страна принципиально не выполняет, тормозит их с помощью законодательства и даже оперативной службы правоохранительных органов.

Смешно говорить об открытости нашего бизнеса, бухгалтерия спрятана не только от глаз работника, но и от налоговых органов. В большинстве своем, никто не знает, кому принадлежат наши фабрики и заводы, если схватятся за ниточку, то она тянется на какой-то океанский остров, к оффшорной фирме с экзотическим названием на языке какого-то дикого племени. От этих зарослей и нужно танцевать, наводить порядок в нашей экономике. Нет, в очередной раз, ради стабильности, решили нагнуть, утихомирить рабочего.

После того, как не удалось собрать вместе все крупные профсоюзы, перед новым «СОЦПРОФом» поставили задачу, перетаскивать под свою крышу вольные рабочие организации на местах. Там, где уже существуют сильные профсоюзы, вклиниться на чужую территорию, создать рядом свою ячейку, парализовать работу своего конкурента. Так, под боком мощного свободного профсоюза МПРА на заводе «Форд», который входит в ВКТ, была создана ячейка «СОЦПРОФа», по слухам в ней прописалось 30 добровольцев. Её председатель, Алексей Гуценко, сразу предложил уволить с завода 400 человек, чтобы было больше работа для остальных. Гуценко стал критиковать действие главного профсоюза на заводе, который возглавляет Алексей Этманов. Митинги и забастовки малоэффективны, нужно решать все вопросы с руководством предприятия при помощи переговоров и «информационных бесед». Алексей Этманов пытался выяснить, сколько человек платит взносы в организацию Гуценко? Не нашлось ни одного официального члена «СОЦПРОФа». В профсоюзе же Этманова 1250 членов и ещё 570 человек, которые, не являясь членами профсоюза, попросили защищать их права. Такие ложные маячки, как ячейка на «Форде», нынешний «СОЦПРОФ» стал раскидывать по всей стране. Организация в несколько человек, да и то на бумаге, а ей сразу дают право голоса на заседаниях Федерального Координационного совета профсоюза. Разбавляют, обесценивают мнение основных игроков, отраслевые профсоюзы, уводят деятельность профсоюза от трудовых отношений к политике.

В «СОЦПРОФе» после насаждения такой пиратской идеологии появилось много недовольных. Вострецов, как человек с военной кровью, попытался избавиться от инакомыслящих. На собранном в срочном порядке пленуме, состоящего из случайных людей, были вычеркнуты из списка около десятка отраслевых профсоюзов.

В свою очередь, выставленные за дверь, в июле прошлого года провели свою конференцию, на ней были представители 27 организаций из 41-ой, являющихся членами объединения. Конференция отказали Вострецову в праве представлять их интересы и делать от их имени заявления. Снова объединились и стали нормальным профсоюзом с названием «СОЦПРОФ», Храмову опять пришлось взять руль в свои руки. 

Вострецов делает очередной ход, подает иск в суд, пытается лишить строптивые организации права пользоваться названием «СОЦПРОФ». Люблинский суд город Москвы разобрался с правовыми изысками команды Вострецова и выяснил, что на пленуме, который вычёркивал из федерального списка неугодные организации, не было кворума, не было полномочий и у тех, кто подписывал протокол. Суд отказал в рассмотрение иска Вострецову.    

Короче говоря, «СОЦПРОФ» Вострецова из действующего органа превратился в муляж. Водителю такой покореженный  в ДТП машины, стоило бы разобраться с причинами аварии, а он сразу напрашивается на беседу к президенту Медведеву, рассказывает ему о своих успехах, говорит, что его профсоюз составляет 70 процентов численного состава альтернативных профсоюзов. О каком «СОЦПРОФе» идет речь, который остался с Храмовым, или те остатки, которые прилипли за подачки к Вострецову? Я хорошо знаю свободные профсоюзы, численность их, примерно, от двух до трех миллионов человек. Под руководством Вострецова осталось от силы 10 тысяч человек, если он не согласен, пускай пересчитает. Встречу Медведева с Вострецовым показывали по телевизору, сообщали об этом в центральной прессе. В профсоюзных кругах умение Вострецова приукрашивать цифры и события, прозвали хлестаковщиной, своими сказками, в данном случае, он подвел, прежде всего, самого президента.

Этот сказочник с разговорами на профсоюзные темы продолжает мелькать в различных рекламных мероприятиях, заключает различные союзы. 13 января этого года он организовал пресс-конференцию на тему: «Стратегия развития альтернативных профсоюзов в период кризиса». Интересна не сама тема, а люди, которые попытались засветиться перед представителями прессы, конечно, на ней нельзя было обойтись без Евгения Куликова.

Все эти деятели в каком-то плане, братья по промыслу. Пионером в этом деле можно считать, приглашенного на эту пресс-конференцию, Владимира Засорина. Есть такой Общероссийский профсоюз торговли и услуг, председателем в нем была доктор экономических наук Галина Клавдиевна Божедомова. Заместителем к ней, после того как его после скандала уволили из таможни, пристроился Владимир Засорин. Освоился, подключил старые связи, и начал действовать. Председатель в командировку, тут же вдогонку ей звонят сотрудники, совершено нападение на офис организации, взломали двери офиса, раскурочили сейф, забрали из него все документы и ценности. Божедомова, которая создавала этот профсоюз, ставила его на ноги, оказывается уже не председатель. Засорин за её спиной оформил протокол чрезвычайной конференции, избрал на ней себя руководителем. Буквально за день дал протоколу юридический ход. Молниеносность, как при захвате нашими спецназовцами дворца Амина в Афганистане. Я расспрашивал о той злополучной конференции многих региональных лидеров из этой организации, никто даже не слышал о ней. Не было, очевидно, никакого собрания, сели за стол, написали протокол и вперед. Арестовали счета профсоюза, наложил руки на имущество. Это называется рейдерским захватом. Долго длились судебные разбирательства, Засорин победил. В нашей стране, которая сильна нефтью и коррупцией, такое провернуть не сложно, вот тебе и стратегия развития альтернативных профсоюзов.

Третий участник этой пресс-конференции, Василий Козаренко. Он юрист, долгое время руководил общественной приемной при профсоюзной организации докеров, а потом стал председателем региональной организации. Трудно складывался последний отчетно-выборный съезд Российского профсоюза докеров, прошел он в два приема, делегаты переругались, некоторые покинули зал, не стало кворума. Пришлось начинать все сначала. На вторую сессию не пригласили тех, кто многие годы не делился взносами с центральным аппаратом профсоюза и фактически не участвовал в работе организации. Среди халявщиков оказался и Козаренко. Общественные организации существуют на принципах солидарности и материальной ответственности перед своим руководящим органом, если кто-то эти принципы не поддерживает, то не имеет право считать себя полноправным членом. Приморский воин обиделся, и пошел дорогой протоптанной Засориным. Собрал свой съезд, избрал себя председателем. Он не стал, как Засорин, взламывать дверь в офисе, а написал унизительно письмо председателю Российского профсоюза докеров Шепелю: «Уважаемый, Александр Николаевич», а дальше шло требование, сдать оригиналы регистрационных и уставных документов, бухгалтерские документацию, бланки и печать. В издевательском тоне пообещал оплатить при увольнении председателю трехмесячный средний заработок. Шепель не ответил на это наглое письмо, а Козаренко и не ждал ответа, он изготовил новую печать, поменял подпись в банке. Дорога действующему профсоюзу к средствам существования была перекрыта. А деньги, как никогда в этот момент оказались нужны. В Туапсе за забастовку докеров двухгодичной давности, по иску администрация порта, арестовали счета членов профкома, на которые поступала зарплата. Семьи активистов оказались на грани голода.

Три лидера и все работают по одной рейдерской схеме. Все входят в ударный отряд, являются исполнители проекта по взятию под свой контроль свободных профсоюзов. Такие специалисты нужны сейчас власти на многих направлениях, не только для развала свободных профсоюзов, но и самого гражданского общества.

Никакой интригующей информации на январской профсоюзной пресс-конференции не оказалось, просто эта команда решила еще раз напомнить о себя. Сфотографировались вместе, да заодно организовали клуб профсоюзных капитанов, какой-то координационный совет. Лоцманом в этом клубе, очевидно, будет Вострецов. Он посадил уже один корабль на рифы, теперь решил гнать в том же направление целый флот.

Автор – Альберт Сперанский, председатель Совета Общероссийской общественной организации «Рабочие инициативы» (статья отражает личное мнение автора)

ИА «ИКД»

Ссылки по теме:

Борьба за гарантии профсоюзной деятельности продолжается

Профсоюзно-рабочее движение в 2009 году: противоположные тенденции консолидации и разобщения

О встрече Медведева с Вострецовым, или как российская власть понимает диалог с профсоюзами

Власть объявила войну независимым профсоюзам

Рабочая борьба и «солидарность» профсоюзных аппаратчиков

Дело свободных профсоюзов: СОЦПРОФ очистился от рейдеров

Свободные профсоюзы борются за сохранение независимости

ВКТ и КТР подписали договор об объединении: комментарии профсоюзников и экспертов